Полная версия

Я знаю, как Россия вернет Крым Украине

  11 августа 2017, 17:40 1911
Писатель, известный военный журналист, автор фоторепортажей из зоны АТО и двух романов о войне на Донбассе — «Аэропорт» и «Рейс» — СЕРГЕЙ ЛОЙКО во второй части интервью «Апострофу» рассказал, что положит конец боевым действиям на Востоке Украины, как Крым вернется под контроль Киева и для чего России нужен свой «нюрнбергский процесс».
Апостроф: В следующем году Россию ждут президентские выборы. Что должно случиться, чтобы выборы в классическом понимании этого слова состоялись? Возможно ли это?
Сергей Лойко: В России невозможны нормальные выборы при Путине. Никакой демократии при Путине в России не будет. Здесь, к сожалению, действует правило о роли личности в истории, когда один человек с маленьким коллективом единомышленников узурпировал целую страну. Как Пушкин написал замечательно: «Властитель слабый и лукавый, плешивый щеголь, враг труда, нечаянно пригретый славой, над нами царствовал тогда». Вот история повторяется. Роль личности в истории страшная.
В России было окно возможностей в 1991 году, но эту форточку заколотили, и российская демократия погубила сама себя, потому что она дала возможность олигархам манипулировать собой. И в 1996 году, когда [Борис] Ельцин вроде бы одержал победу над коммунистической партией, на самом деле это обернулось для страны огромной трагедией, потому что результаты выборов были подтасованы. И я думаю, если бы в 1996 году [Геннадий] Зюганов и коммунистическая партия победили бы на этих выборах, а, похоже, все к этому шло, то в России сейчас была бы совсем другая история, потому что коммунистическая власть была бы свергнута в течение года еще более жестоким путем. Просто в России в 1991 году произошла бескровная революция, люди не заплатили кровью, как заплатили украинцы за свою свободу, за свою демократию. Поэтому они не смогли ее толком оценить, и произошло то, что произошло.
После короткого периода коммунистов у власти была бы настоящая революция, я так думаю, которая закончилась бы «нюрнбергским процессом» над коммунизмом, люстрацией. Почему Германия смогла переболеть фашизмом и выздороветь? Потому что в Германии был Нюрнбергский процесс. Гитлеровские злодеяния были официально признаны злодеяниями и наказаны. В России, в Советском Союзе этого не было никогда. России еще предстоит пройти свой «нюрнбергский процесс» над коммунизмом, над сталинизмом и над путинизмом.
— Вы уже вспоминали, что сюжет романа «Рейс» вынашивали давно и хотели написать что-то похожее после взрывов домов в Москве в 1999 году. Почему все-таки тогда не написали и, оглядываясь сейчас назад, как бы вы уже охарактеризовали то, что творилось в России на пороге нулевых?
— Путину повезло с ценами на нефть, и временное улучшение своего жизненного уровня россияне начали связывать с приходом к власти Путина. На этой волне он смог заниматься тем, чем он занимался. Ему потихонечку прощалось все: удушение средств массовой информации, убийство политиков, взрывы домов, война в Чечне. «Зато как мы хорошо живем», — говорили люди… А сейчас уже начинается вот эта советская ущербная логика, кладбищенская даже — «лишь бы не было войны». Доходит уже до этого. Хотя Россия давно ведет войну со всем миром.
— Но пока что не в самой России. Кто может переломить эту ситуацию? Как, например, относитесь к фигуре Алексея Навального? За ним такая сила наблюдается?
— Алексей Навальный — неоднозначная политическая фигура, но другого, как говорится, сегодня не дано. Ясно, конечно, что ни в каких выборах он принимать участия не будет, его не допустят, скорее всего. Но он выполняет сейчас очень важную функцию, он работает таким ледоколом по разрушению имиджа путинской России. Многие в Украине сегодня обвиняют Навального в том, что он — проект Кремля. Но зачем Путину такой проект, когда Навальный выводит десятки тысяч молодых людей? Это самый страшный кошмар путинской власти, потому что молодые люди во всех странах совершали «цветные революции», чего больше всего боится путинский режим. Навальный выводит десятки тысяч, это единственный политик сегодня, который способен вывести десятки тысяч людей на улицы России. Эти люди кричат, скандируют: «Путин — вор». Как это соотносится с антинавальной истерией, которая в основном голословно зиждется на постулате, что Навальный — агент Кремля?
Навальный делает очень много ошибок. Он говорит иногда неправильные, популистские вещи, он не вполне честен и искренен в отношении Крыма, в отношении Украины, но это потому, что его сейчас интересуют российские избиратели, а не украинские. Если он сегодня заявит, что вернет Крым, то потеряет огромную поддержку многих людей в России. Навальный признавал уже много раз, что аннексия Крыма — это преступление, это незаконно. Он признавал, что российские войска находятся в Украине и что они ведут там агрессивную войну. Если произойдет чудо, и, скажем, гипотетически Навальный придет к власти, то я думаю, что он вернет Крым, и самое главное — он остановит войну в Украине. Сегодня это — самая горячая тема, потому что там продолжают гибнуть люди, продолжают гибнуть лучшие ваши ребята, соль земли. Одни могут просиживать целыми днями в Facebook и клеймить друг друга, устраивать политические баталии, клеймить, в том числе, и Навального. А в это время другие, настоящие парни, защищают родину и гибнут. Поэтому я уверен, что, если Навальный придет к власти, он остановит войну в Украине.
В любом случае Навальный нашел единственное слабое место в кремлевской стене. Это — коррупция. И он бьет в это слабое место. Он высмеивает режим, высмеивает Медведева, высмеивает Путина. И вот это для режима — самое страшное, потому что режим Брежнева начал сыпаться, когда основным приветствием друг другу стал новый анекдот про Брежнева. Теперь Навальный доводит ситуацию до этого. Он — не идеальный политический лидер, и я на демократических выборах не проголосовал бы за него как за президента России, но проголосовал бы в единственном случае, если бы он был соперником Путина. Его роль в историческом контексте развития России сегодня положительная, поэтому сегодня следует его поддержать. И я уверен, я даже знаю, каким будет механизм возврата Крыма.
— Каким?
— Я думаю, что Крым вынужден будет возвратить любой политик, который сменит Путина. При Путине этого не случится в любом случае. Но Крым — это ключ к тому, чтобы вернуться в мировое сообщество, чтобы были сняты санкции, без этого никакие санкции не будут сняты, так или иначе, Крым придется возвращать. А вернут его так же, как и украли — украдкой, обманом. То есть устроят референдум, на котором, вполне возможно, крымчане уже выскажутся за то, чтобы вернуться в Украину, потому что они уже сильно наелись путинизма и начинают понимать, какую огромную ошибку сделали. Хотя, как бы они ни голосовали на том «референдуме» (в 2014 году, — «Апостроф»), результаты его были известны задолго до того, как этот «референдум» состоялся. И сейчас, вполне возможно, устроят такой же «референдум», на котором в Кремле решат, что граждане высказались за то, чтобы вернуться в Украину — и вот Крым возвращается. Это было бы смешно, если бы не было так грустно.
Но главное, чтобы Крым вернулся в Украину, и он в нее вернется — законным или незаконным путем. Законный путь — это признать преступления Путина, признать все решения, принятые при его власти, незаконными и в соответствии с этим вернуть Крым на место. Но я думаю, что этого не произойдет, а, скорее всего, это произойдет в результате очередного такого фейкового «референдума», чтобы хотя бы как-то успокоить население внутри России.

— Что думаете про сегодняшнюю ситуацию на Донбассе? Как долго еще может продолжаться позиционная война?
— Война окончится, как только Путин будет отрешен от власти, будет уничтожен или просто уйдет. Хотя сам он не уйдет. Единственное, как он может уйти, так это — уйти в мир иной. С этим нужно связывать надежды, но судя по тому, в какой форме он находится, это еще может продолжаться лет 30. Ему необходима эта война на Донбассе, он будет ее поддерживать всеми силами. Сейчас уже он не может вести полноценную войну против Украины. Время ушло. Он ни экономически, ни политически сейчас этого делать не может. Но ему важно поддерживать этот тлеющий очаг напряженности в Украине, опять, только для внутреннего пользования, чтобы показывать людям: вот видите, они вышли на Майдан — и чем все это закончилось? Это закончилось «гражданской войной». Большинство россиян продолжают в это верить.
— И поэтому такой вот «дырявый чемодан», как вы его назвали, будут и дальше поддерживать?
— Да. Война в Украине кончится в один прекрасный день, причем она кончится именно в один день. И это будет прекрасный день, когда граница будет отдана под контроль Украины, российские войска и тяжелое вооружение будут выведены из Украины. В этот же день растворятся, испарятся в воздушном пространстве плотницкие, захарченки и все эти персонажи, все эти последователи Гиви и Моторолы, они просто исчезнут — и Донбасс вернется в Украину. Собственно, он всегда и оставался частью Украины, незаконно отторгнутой.
А дальше уже начнется трудный период адаптации. Главное здесь — не наломать палок. Но это уже Украина сама должна решать, это внутренние дела Украины, в которые я, в отличие от многих московских либералов, стараюсь не лезть. Потому что я как представитель нации-агрессора просто не имею морального права критиковать власть Украины или украинцев за любые решения, которые сегодня принимаются, в том числе и за недавнее большое событие — лишение Саакашвили гражданства. Я не имею права по этому поводу высказываться, хотя имею свое личное мнение.

— Вы когда-то сказали, что тысячелетняя история России — история рабов. Что постпутинский президент в таком случае может предложить народу?
— Путин совершил огромную творческую работу по обыдлению российского населения. В 90-е годы казалось, что дальше обыдлять некуда. Но в этом смысле дно вообще прощупать невозможно. Поэтому Россия очень долго будет выходить из этого генетического коллапса. Собственно, здесь Путин — вишенка на торте, потому что эта генетическая чистка производилась в России последние 100 лет: революция, гражданская война, сталинские репрессии, ГУЛАГ, застой, война, сейчас ее уже называют не «великая отечественная», а Вторая мировая война. Потому что «великая отечественная» — это просто миф, когда Сталин бросил «великое отечество» на растерзание фашистам, бросил огромную армию на растерзание. Как была песня, знаете, «последний матрос Севастополь покинул».
На самом деле выяснилось, что не покидал матрос Севастополь, никто их не вывозил, а вывезли на подводных лодках и на последних катерах начальство и документы, а всех матросов, всю береговую охрану, всех бросили без помощи, без продовольствия, без боеприпасов умирать или сдаваться в плен. И только благодаря тому, что просто завалил Сталин Советский Союз трупами своих граждан и залил кровью своих граждан, в этой крови кромешной, сдобренной морозами и грязью, завязла гитлеровская машина и не докатилась до Москвы. Только на этом зиждется победа этого «великого» генералиссимуса, которого так обожает Путин, что вновь возрождает культ Сталина. Эта генетическая чистка советского народа, особенно российского народа, продолжалась 100 лет, и сегодня, глядя на Гиви, Моторолу, даже на Прилепина, мы видим вот этих настоящих шариковых, представителей этой советской истории.
— И сколько нужно времени, чтобы эту генетическую чистку исправить?
— Два-три поколения. Но очень поможет, как я уже сказал, «нюрнбергский процесс».
— Вы упомянули о сложной адаптации Донбасса, а как ментально возвращать людей?
— Я не могу здесь дать правильный совет. Я — не сотрудник ООН, не служащий ОБСЕ, не профессионал в плане социальной адаптации жертв, которые находились на оккупированных территориях. Я думаю, в Украине очень много специалистов, которые с международной помощью могут эти вопросы решить.

— Кстати, будет ли на английском языке «Рейс»?
— Если какое-то американское или английское издательство купит «Рейс», то будет. Сейчас у меня очень хороший международный агент Томас Видлинг. Кстати, Томас Видлинг в свое время сотрудничал с Захаром Прилепиным. Как только Прилепин объявил о том, что он уезжает политруком на Донбасс, господин Видлинг прекратил с ним сотрудничество. И после этого я обратился к нему, потому что я очень доверяю этому человеку, уважаю его и восхищаюсь его поступком. И сейчас он представляет мои романы «Рейс» и «Аэропорт» за границей.
— Вы вели переговоры с ведущими голливудским студиями по экранизации романа «Аэропорт». Будет ли фильм?
— В конце сентября уже будет принято окончательное решение. Думаю, что в октябре мы уже точно об этом узнаем. Пока не могу вдаваться в детали, но ведутся активные переговоры.
— А синопсис будет ваш или с кем-то в соавторстве?
— Нет, синопсис будет американский. Не думаю, что он будет плохой.
Что у вас сейчас в работе? Есть новые задумки по темам, сюжету?
— Я сейчас нахожусь в такой, знаете, послеродовой — не депрессии, но, по крайней мере, ситуации, когда я все еще живу в этом романе. Я еще не смог от него оторваться, поэтому мне как-то нужно пережить этот роман и потом начать думать о чем-то другом. У меня есть сюжет книги, которую точно издадут в России, а для меня это было бы очень важно, чтобы российские читатели тоже начали читать мои романы. У меня есть сюжет, я уже об этом рассказывал, очень интересный — про капитана дальнего плавания.
— Это не будет касаться военной темы?
— Нет. Капитан дальнего плавания, который любит девушку, а девушка любит его. Но есть парень, который ее тоже любит, отрицательный герой. Он пишет донос на капитана дальнего плавания, его арестовывают, заточают в замок, в тюрьму, где он знакомится со стариком, который в бреду рассказывает, что у него на каком-то острове закопаны несметные сокровища. Старик умирает, а в этом замке принято мертвых заключенных вбрасывать в окно в мешках. Наш герой забирается в мешок вместо старика, его выбрасывают в море, волной прибивает на этот остров. Он становится безумно богатым человеком, возвращается в свою страну и мстит всем злодеям. Такой роман, я думаю, в России с удовольствием опубликуют (Улыбается).

— Как вы оцениваете решение Украины по поводу ограничения на ввоз российских книг, запрета на въезд в страну российским деятелям культуры?
— Я вам так скажу: пока идет война, наверное, в этом есть смысл. Когда война закончится, а она обязательно когда-нибудь закончится, тогда запретительные меры культурного характера будут, конечно же, бессмысленны. И эти запреты, скорей всего, будут отменены.
Источник
Новости партнеров